Пхукетский Уголок

Рассказано очевидцами… пару десятков лет назад, граница Камбоджи и Тая. Неспокойное время, постоянно через границу перелетали шальные снаряды.. И вот один такой снаряд, не разорвавшись, слава Богу, угодил прямо в придорожную кафешку. Большая, фигуристая тётя, яростно готовившая лапшу (представили картинку?), трясла в варочной сеточке очередную порцию, когда эта самая бомба, начисто срезав крышу макашницы, приземлилась точно в центре клумбы. Наступила минута продолжительного молчания, которую нарушал только капающий с лапши бульон - окружающие застыли кто с лапшой во рту, кто протянувши руку за тарелкой. Затем всех поразил приступ истерического смеха - всех веселило, что бомба не рванула, и все поражались, что это оно прилетело без дополнительного уведомления. Лапшеготовщица так и заявила “нас должны были предупредить власти!”. Пожалуй, пора звонить армейцам - подумала она про себя, и додумала дальше: “гм, а ведь армия приедет и тоже купит мою лапшу! Вот ведь подфартило!”:). Приехали сапёры и обезвредили бомбу, действительно накупили лапши, и долго отбивались от окрестных жителей, набежавших за кусочками бомбы - на память. Тётя-лапшевладелица всерьёз подумала о переименовании кафешки в “Бомб-Лапша”, когда к ней нагрянули новостные группы с местных телеканалов. “Йоу, ещё и реклама!” - подумала она. “Вы представляете” - делился впечатлениями местный аксакал - “ем я, значит, лапшу, и тут этот звук.. Я уж подумал - вдруг кокос где упал, опасно это!!”. Крышу героине общепита оплатило правительство - выдало 5000 бат. А дырка от бомбы - пригодилась, поскольку тётя всё равно планировала посадить в это самое место кокосовую пальму. В момент попадания снаряда в кафешке сидело и питалось более десяти человек…

Вот такое вот отношение было на исаанском плато к таким жутковатым полувоенным эпизодам. Что не отменяет трагичности этой истории (у рассказчицы данного случая во время такого обстрела погибла родственница:(), но ярко показывает общность национальных черт русских и тайцев, и среди общих них - презрение к опасности и смех над ней, насколько это вообще являлось возможным.